Офисы компании

← Все публикации

«Новые возможности для старых должников» — Комментарий Инны Вавиловой для «Делового Петербурга»

С 1 июля вступает в силу закон о банкротстве граждан. При этом еще с декабря прошлого года, когда был опубликован текст этого законопроекта, не утихают споры о его толковании. Кто прав — покажет лишь практика, и сейчас арбитражные управляющие, юристы–банкротчики, банковские юристы и прочие специалисты этой сферы готовятся применять его на практике.

Бесспорно одно: этот закон — одно из самых ожидаемых нововведений российского законодательства. Прежде всего потому, что позволит должникам реструктуризировать свои долги, получить отсрочку или рассрочку оплаты, а в случае неудачи реабилитационных процедур — перейти к реализации имущества и освободиться от долгов.

Новые возможности закон предоставляет и кредиторам, которые теперь смогут разобраться с тем, как должник распоряжался своими активами в предбанкротный период, и оспорить подозрительные сделки.

Ожидается, что в полной мере потенциал нового закона будет раскрыт в случаях с бизнес–поручительствами: воспользоваться им смогут поручители по долгам юридических лиц, которыми обычно выступают управляющие и владельцы бизнеса.

Но существует и ряд проблем. Например, гражданин в рамках банкротства не может быть освобожден от исполнения обязательства перед кредиторами, если он действовал незаконно. Но перечня таких случаев в законе нет. Поэтому решать, подпадает ли ситуация по действие данного правила, в каждом конкретном случае будет суд.

Нерешенной осталась и старая проблема запрета обращения взыскания на единственное жилое имущество гражданина. Например, должник имеет в собственности единственную дорогостоящую квартиру. Несмотря на то что средств от ее продажи могло бы хватить на приобретение для должника более простого жилья и на удовлетворения требований кредиторов, в настоящий момент у кредиторов такой возможности нет.

Тем временем во многих странах этот вопрос довольно просто решается именно в законодательстве о банкротстве: арбитражный управляющий наделяется полномочиями по продаже жилого имущества должника с условием обязательного резервирования определенной суммы, которая и передается должнику для приобретения иной недвижимости.

В завершение следует констатировать, что несовершенство законодательной техники всегда бросалось в глаза именно в массиве законодательства о банкротстве, в связи со сложностью и комплексным характером этой сферы практики. Ранее эти несовершенства довольно активно устранялись путем унификации судебной практики на уровне Высшего арбитражного суда.

Теперь объединенный Верховный суд — увы — не проявляет большой активности в разъяснении законодательства. Принимая во внимание неопытность судов общей юрисдикции (а именно они будут рассматривать дела о банкротстве граждан) в вопросах несостоятельности, боюсь, что разрозненность мнений и отсутствие единообразия в толковании норм нового закона не будут устранены еще долго.

Читать на сайте издания «Деловой Петербург»