Офисы компании

← Все публикации

Олег Ганюшин выступил на конференции «White Collar Crime. Уголовно–правовая защита бизнеса — 2017»

"Деловой Петербург" 20 сентября провел первую на Северо–Западе России региональную практическую конференцию по вопросам беловоротничковой преступности.

Адвокат "Прайм Эдвайс" Олег Ганюшин рассказал, почему банкротства привлекают внимание правоохранительных органов.

"Если несколько лет назад уголовно–правовые аспекты были менее заметны в банкротствах, то сегодня они стали занимать довлеющее место. Я считаю, это правильно, более того — должно было произойти раньше. Люди несведущие видят три уголовных состава, связанных с банкротством. Но их как минимум 16. Это экономические, типичные банковские, налоговые составы. Они интереснее и действеннее, чем узкобанкротные.

Лидеры уголовного преследования в банкротствах — ФНС и АСВ. Многие считают, что к ним примыкают крупные банки, но я бы так не сказал: у кого–то получается, у кого–то нет. Вообще заявления подают все кредиторы, но мало кому удается достичь цели уголовного преследования. Причина возбуждения дел в банкротстве понятна: это вывод активов. Дела возбуждаются по ст. 196 УК РФ ("преднамеренное банкротство"), которая, правда, работает странно: в 90% случаев дела переквалифицируются на ст. 159 ч. 4 УК РФ ("мошенничество"). В ФНС же, напротив, не любят эти составы и вместо этого используют свои, налоговые. И винить их за это нельзя: они действуют в соответствии с наработанной практикой.

В банкротствах банков АСВ успешно формирует практику: нерабочая ст. 196 УК РФ ("преднамеренное банкротство") оказалась хороша именно для старта — возбуждения дела. По банкам эта статья — триггер: она позволяет быстро инициировать дело, а также предъявлять ущерб более комплексно, чем ст. 159 УК РФ: не по каждому отдельному эпизоду, а по всем сразу. А затем одно дело может быть разделено на несколько по ст. 159 ч. 4 УК РФ поэпизодно (что обычно и происходит).

Для демонстрации того, как уголовно–правовые механизмы могут использоваться кредитором в банкротстве, приведем два наших кейса: "Строймонтаж" (Петербург) и "КД авиа" (Калининград). На их примере видно, каких результатов­ могут добиться кредиторы, делая ставку на уголовное преследование. В одном кейсе банк поставил на уголовное дело, отказался брать отступное или искать компромисса с должником. Возмещения он не получил, зато потратил очень большие деньги — как минимум на юристов. С "КД авиа", напротив, уголовное дело помогло, но не самым приятным для нас, адвокатов, способом. Менеджмент был заключен под стражу, отстранен от руководства, прекратился cash flow, который ранее использовался в том числе на борьбу с кредиторами. В общем, уголовное дело сработало.

Не надо забывать, что уголовное дело в банкротстве — лишь дополнение к гражданско–правовым способам защиты. Оно поможет в сборе доказательств, давлении на должника. В трансграничном банкротстве — дотянуться до информации об активах или до самих активов в других юрисдикциях. Главное для кредитора — понять, чего он сам хочет от уголовного дела, и исходя из этого выстраивать общую стратегию в споре."

Читать статью полностью